Joomla TemplatesBest Web HostingBest Joomla Hosting
Поиск

 

Кто на сайте
Сейчас на сайте находятся:
 117 гостей 
Статистика
Просмотрено статей : 1028071

Если Вам нравится наш сайт - поддержите, пожалуйста, проект:

рублей Яндекс.Деньгами
на счет 410011020001919  ( Звёзды ВЛК. Личные страницы поэтов и прозаиков )
Главная Николай ПОТАПЕНКОВ

Николай ПОТАПЕНКОВ. Стихи

Николай Петрович ПОТАПЕНКОВ

Родился 17 декабря 1945 года в Москве и был назван в честь Николы Зимнего. После окончания школы служил в ВС СССР, где начал печататься в армейской многотиражке. По возвращении работал на радиостанции «Юность», печатался в одноименном журнале. Изучая историю гражданской войны, принял сторону Белой Армии и остался верен своему выбору до конца. На этом закончилась его официальная карьера и началась подпольная, диссидентская, с неустроенным бытом и протестными выпивками, повлекшими за собой трудные жизненные обстоятельства.

Творческая биография поэта Николая Потапенкова заключила в себя практически все коллизии и перипетии своего времени: встречи с известными литераторами серебряного века Сергеем Городецким и Рюриком Ивневым, дружбу с поэтами Леонидом Губановым, Эдмундом Иотковским и художником Иваном Новоженовым, приятельство с Генрихом Сапгиром, Александром Володиным и Алексеем Охрименко, встречи с Юрием Мамлеевым, общение с которым оказало сильное влияние на личность поэта.

Николай Потапенков трагически погиб в ноябре 1997 года.

Незадолго до смерти поэта исчезли практически все рукописи его стихов, но, к счастью, благодаря Ольге Борисовне Кручининой, сохранился небольшой архив, стихи из которого предлагаются читателю.

Николай ПОТАПЕНКОВ. АНАКЛИЯ

Оценка пользователей: / 31
ПлохоОтлично 

 

Название поселка на побережье Западной Грузии.

В переводе на русский язык: «она кричала».

 

Анаклия… Где Грузия равнинна –

Держава беспривязных поросят.

Анаклия… Где в кронах мандаринов

Диковинные куры голосят.

Анаклия… Итак, она кричала,

Непосвященным как бы не слышна.

Анаклия… Итак, начнем сначала:

О чем кричала в сумерках она?

Кого звала… Лишь чуткая к молитвам,

Внимала ей, бессильная помочь,

Озвученная пением москитов,

И звездами украшенная ночь.

И явственно колебля ежевичник,

Пронесся вздох: «Как этот мир жесток!

Как этот мир…» Знакомый пограничник

Присел со мною рядом на песок.

Грошовый дым батумской сигареты

Вознесся ввысь: «Ну, как, что написал?»

«Калашников», лежащий средь планеты,

Не нужен был ни нам, ни небесам.

Был он красив красою иноверца:

Дразнящий вороненый ореол,

Затвор, патронник и в чужое сердце

Еще ни разу не стрелявший ствол.

И кажется: все это было, было!

А потому я знаю наперед:

Вот скажет он: «Она меня забыла…»

А я отвечу: «Не грусти, пройдет!»

И ощущу как истину простую,

Что этот мир на прежний не похож.

Отбросил меч Ясон: «Найду другую!»,

Анаклия : «Другую и найдешь!..»

И меч блестел весенней новизною

В Колхиде, как пришелец неземной.

«Ничто, - твердят, - не ново под луною»,

Анаклия: «Вы внове под луной!..»

Анаклия… И так она кричала,

Что за волною следует волна,

Чтоб в свой черед разбиться у причала.

И каждый раз о том кричит она.

 

Николай ПОТАПЕНКОВ. ПЕТРОВИЧ

Оценка пользователей: / 26
ПлохоОтлично 

 

Алексею Охрименко

Мой собеседник нынче не Петроний,

и мы сидим, конечно, не в таверне.

Мой собутыльник – Алексей Петрович,

рожденья двадцать третьего, наверно.

И нам подали не баранью ногу,

так пустяки! Чуть-чуть того-другого.

Петрович улыбается, - ей Богу! –

Так улыбался, верно, Казанова.

Свидетель покоренья стратосферы,

воспитан, как бы при царе-Горохе,

он был щеголеватым офицером,

фигурою подогнан по эпохе.

Тезей-воитель в отблеске парадном,

обласканный могучею державой…

Его тогда любила Ариадна,

да с Дионисом, дура, убежала.

С карандашом, а чаще со стаканом,-

он сам себе редактор, сам и цензор,

двусмысленные песенки слагал он,-

да слава Богу! – не заметил Цезарь.

Его биографические бури

свести б в один-единственный поскриптум,-

мол, избежал и плена он, и пули,

как избежал впоследствии проскрипций.

И вот Петрович, медленно хмелея,

Грассирует слегка по-стариковски:

«утрачен ныне дух сатириконский,

народ мельчает, как река мелеет»…

С потухшим взглядом бывшего предтечи

сидит в своем пальтишке порыжелом.

Быть может, легче было подо Ржевом,

но нам теперь от этого не легче.

А время ничего еще не лечит!

А Риму ничего уже не надо!..

Свою кепчонку втягивая в плечи,

бредет Петрович в дебрях снегопада.

 

Николай ПОТАПЕНКОВ. "Однажды, когда я умру..."

Оценка пользователей: / 20
ПлохоОтлично 

Однажды, когда я умру,

И стану как свежая завязь

Забуду и горе и зяблость

Кошмарного сна наяву,

Где мрачная тень занавески

Качает луны изумруд,

Где смерти мы ждем, как повестки,

По коей нас в полк призовут.

А небо,  как поле гречихи,

Что с проблеском свежей травы,

Грешили? Конечно, грешили,

Не все искупили, увы!

И все это, видно – недаром,

И, видимо, все неспроста,

Коль друга смертельно нестарым

К себе призвала высота…

 

А что высота? В высоте

Висит ощущение крыши,

Где летчик висит на кресте

Своих аллюминевых крыльев,

А следом, немеркнущим клином

Течет журавлиная нить,

И нету здесь запаха глины,

И некого здесь хоронить…

 

Николай ПОТАПЕНКОВ. "Что там слышно в чистом поле?.."

Оценка пользователей: / 20
ПлохоОтлично 

Что там слышно в чистом поле? –

Слышен дождь,  и только дождь.

Но от воли, как от боли,

поневоле бросит в дрожь.

И тогда в дожде услышишь

посторонний робкий звук:

писк мышиный? – нет, не мыши…

Звон тетивы? – нет, не лук…

Это ручка писарская

пишет наши имена,

поневоле оставляя

золотые письмена…

 

Николай ПОТАПЕНКОВ. "Тамара! Ты стала матроной..."

Оценка пользователей: / 21
ПлохоОтлично 

Тамара! Ты стала матроной.

И мальчик в рубашке матросской

(не просто из детского сада) –

и горе твое и услада.

И дворник скрежещет лопатой,

и профили мраморных статуй

глядят с олимпийской тоскою

на древний закат над рекою.

И нежное самодовольство –

твое совершенное свойство,

как, впрочем, и всех этих женщин,

гуляющим там, где скрежещет

всю жизнь жестяная лопата,

и скачет малец конопатый.

Так что же, матрона, Тамара?

Листва шелестит вдоль бульвара,

где мы «понарошку»  расстались,

чтоб встретится снова, состарясь…

 
Другие статьи...
Облака тегов